Опасаясь разглашения и утраты репутации, женщины реже обращаются за профессиональной помощью
Источник:
В Новосибирской области зафиксирован рост числа женщин, страдающих алкогольной зависимостью. Об этом сообщили в региональном Министерстве здравоохранения, где также пояснили, чем женский алкоголизм отличается от мужского и когда стоит обратиться за помощью.
Толерантность к алкоголю растет постепенно, и не сразу может стать понятно, что у человека есть проблемы
Источник:
Заведующий организационно-методическим консультативным отделом Новосибирского областного наркологического диспансера, психиатр-нарколог Равиль Теркулов приводит данные Национального научного центра наркологии: сегодня доля женщин среди всех пациентов с наркологическими расстройствами достигает 20–30%. Если ранее соотношение составляло одну женщину на четырех-пятерых мужчин, то за последние годы оно приблизилось к 1:1,3. По словам Теркулова, в Новосибирской области женщины составляют 27,7% от общего числа больных алкоголизмом — это почти каждый третий пациент.
Женский организм иначе реагирует на этанол из-за физиологических различий. Как отмечают в Минздраве, ключевую роль играет сниженная активность желудочной алкогольдегидрогеназы — фермента, который расщепляет алкоголь. Из-за слабого первичного метаболизма этанол поступает в кровь почти в неизменном виде, и его концентрация оказывается на 40–50% выше, чем у мужчин при той же дозе. Дополнительно ситуацию усугубляет состав тела: в женском организме примерно на 10% меньше воды и больше жировой ткани, что усиливает опьянение и токсическое воздействие на органы.
Развитие зависимости у женщин происходит значительно быстрее, чем у мужчин. Путь от редких употреблений до тяжелой физической зависимости и сопутствующих патологий занимает от 1 до 3 лет, тогда как у мужчин этот процесс растягивается на 5–10 лет.
Среди ключевых факторов риска для женщин нарколог называет молодой возраст и наследственность, особенно если алкогольные проблемы были у родителей, в первую очередь у матери. Также опасны раннее начало употребления (до 15 лет), асоциальное поведение, импульсивность, склонность к тяжелым формам опьянения и поиск острых ощущений. Большое значение имеют депрессия и другие аффективные расстройства, а также неблагополучный детский опыт, включая насилие в семье. Для мужчин характерны схожие предпосылки: генетика, ранний старт, черепно-мозговые травмы, низкая самооценка и дисфункциональная семья.
Женщины чаще сталкиваются со специфическими социальными и эмоциональными нагрузками: низкий уровень образования, высокая бытовая нагрузка, рутина, дисбаланс гендерных ролей, финансовые трудности и выгорание на работе. В таких условиях алкоголь начинает восприниматься как доступный способ стабилизировать психику. Однако социальная стигматизация женского алкоголизма создает барьер для лечения: из-за двойных стандартов и высоких требований к женщине зависимость приводит к изоляции и осуждению.
Это способствует развитию скрытого, «домашнего» алкоголизма. Женщины реже пьют открыто в компаниях, типичной становится ситуация «бокал вина после напряженного дня», которая долго воспринимается как безобидный ритуал. Внешне женщина может оставаться успешной специалисткой, заботливой матерью и хозяйкой, но толерантность к алкоголю растет, дозы увеличиваются, и к моменту, когда окружающие замечают проблему, болезнь уже переходит в развитую форму.
Равиль Теркулов подчеркивает, что лечение не сводится к разовым мерам. «Лечение и помощь не могут быть одноразовой акцией вроде детоксикации или кодирования, это длительный процесс, минимум 2–3 года, требующий комплексной работы специалистов Минздрава, Минтруда, КДН и центров соцобслуживания. Только так можно добиться устойчивого результата», — уверен врач.
